The Psychologist

10 лет разлуки: техника допущения будущего в работе со страхом

Опубликовано в «Субъективные истории»

10 лет разлуки: техника допущения будущего в работе со страхом
Владислав ХАСАНОВ

Владислав ХАСАНОВ

10 мин чтения
05/03/2025
Like
0
Views
0

Позднее утро. Я сижу в уличном кафе, медленно пью кофе, никуда не тороплюсь. День начинается лениво, и мне это нравится.

Вокруг снуют люди: кто-то бежит на работу с кофе в бумажном стаканчике, кто-то ведет ребенка в сад, кто-то просто идет, уткнувшись в телефон. У всех свои дела, у всех свои маршруты. Я люблю смотреть на это движение — есть что-то успокаивающее в том, как мир продолжает жить сам по себе, независимо от меня.

За соседним столиком сидит женщина. Лет шестидесяти, ухоженная, в аккуратно застегнутом синем пальто. Перед ней чашка чая, круассан, телефон.

Я бы и не обратил на нее внимания, если бы не один повторяющийся жест.

Она берет телефон, смотрит на экран, набирает номер. Несколько секунд слушает гудки… и сбрасывает. Проходит минута. Снова.

Я замечаю, как напрягаются ее пальцы, когда она нажимает "завершить вызов". Как чуть сильнее сжимает губы. Она делает еще одну попытку, снова сбрасывает и тихо выдыхает, едва слышно говорит себе под нос:

— Глупость какая…

Я делаю вид, что не слышу. И тут она неожиданно поворачивается ко мне. В ее взгляде нет смущения — скорее легкое раздражение на саму себя.

— Простите, а вам бывает сложно кому-то позвонить?

Я поднимаю глаза от чашки.

— Конечно. Особенно стоматологу.

Она чуть улыбается, но взгляд все еще сосредоточен на телефоне.

— А если не стоматологу? Если кому-то… близкому?

— Тогда еще сложнее. Особенно если не знаешь, как начнется разговор.

Она кивает, потом зачем-то берет ложечку и медленно водит ею по краю чашки.

— Я вот все хочу позвонить сыну… Набираю, слушаю гудки… и сбрасываю. Думаю: может, он занят. Может, не вовремя.

— Не знаете, что сказать?

Она смотрит на меня, и в этом взгляде считывается проверка: не скажу ли я что-нибудь дежурное, банальное, вроде «конечно, стоит позвонить». Я не говорю.

Женщина чуть откидывается назад и расслабляется, будто почувствовав, что мне можно доверять.

— Я не видела его десять лет. Когда-то у нас были… не самые простые отношения. Потом я уехала. Не то чтобы навсегда, но, видимо, навсегда и вышло. Другая жизнь, работа, суета… А потом годы. Сначала один, потом три, потом шесть. И вдруг я понимаю — десять лет.

Она коротко усмехается, но не из веселья. Делает еще один глоток чая.

Я думаю о том, как легко бывает потеряться во времени. Один год, второй, третий. Ты всегда собираешься «написать», «позвонить», «увидеться». А потом вдруг понимаешь, что это уже не пауза. Это жизнь без этого человека.

— Я знаю, что у него семья. Жена, сын. Я видела их фото в соцсетях. Но сама я… я будто уже не часть этого.

— Почему сегодня? — спрашиваю я.

Она поднимает на меня глаза.

— Простите?

— Почему сегодня вы решили позвонить?

Она задумывается. Потом пожимает плечами.

— Не знаю. Просто проснулась и вдруг подумала: а что если позвонить? А потом сразу: а что, если не стоит?

Я понимаю эту женщину. Через десять лет тишины кажется, что одно неверное слово может закрыть дверь навсегда. Я знаю, что она ждет моего ответа. Но пока молчу. Потому что здесь нужно выбрать правильное слово.

Сомнение

Женщина смотрит на телефон, словно тот сам должен решить за нее, звонить или нет. Я пью остывающий кофе и молча наблюдаю. Она будто застряла между желанием набрать номер и страхом того, что будет дальше. Телефон в ее руке то поднимается, то снова опускается на стол.

Я видел такое раньше. В глазах у нее целая война: надежда, что сын обрадуется звонку, и страх, что он скажет что-то, чего она не выдержит. А может, и хуже – ничего не скажет. Просто ответит сухо, из вежливости, и это будет тяжелее любых упреков.

— А он сам не звонил вам все эти годы? — спрашиваю я, будто невзначай.

Она качает головой.

— Иногда лайкал что-то в соцсетях. Но мне казалось, что это просто… жест вежливости.

Я молча киваю. Лайк – это самое нейтральное, самое безопасное взаимодействие. Такой жест без привязанностей: не звонок, не сообщение, просто легкий намек «я вижу, что ты есть».

— А если нет? — спрашиваю я.

Она прищуривается, будто не понимает.

— В смысле?

— А если это не просто вежливость?

Она чуть дергает плечом, взгляд снова на телефоне.

— Может, он обижен. Может, давно обо мне не думает.

Я вижу, как губы ее напрягаются, будто в ней самой эти две версии дерутся за право быть правдой.

— И что из этого хуже?

Женщина смотрит на меня внимательно. Делает глубокий вдох, опускает глаза.

— Ну… — пауза, — наверное, если он вообще не думает.

— То есть вас больше пугает не его обида, а его равнодушие?

— Может быть, — говорит уклончиво, но я уже понял.

Равнодушие – это конец. Если он обижен, это значит, что он еще чувствует. А если он просто вычеркнул ее из жизни? Если десять лет были не разлукой, а ее окончанием?

— Просто я не знаю, как он отреагирует, — говорит она. — Может, скажет: «Мам, чего ты вдруг вспомнила про меня после десяти лет тишины?»

— А может, скажет: «Мам, я рад тебя слышать».

Я начал использовать технику «Допущение будущего". Она помогает смоделировать возможное будущее и представить, как он будет себя чувствовать в той или иной ситуации. Это снижает тревожность, делает страх более конкретным, что дает ощущение контроля. Женщина нервно усмехается, но в глазах по-прежнему читается боль.

— Да, но он может и не сказать.

— А если не позвоните, он точно не скажет.

Я вижу, как внутри нее уже идет работа. Мысль о том, что она может сделать первый шаг, постепенно становится для нее реальной. Но страх остается.

— Скажите, — я делаю вид, что спрашиваю случайно, — а если бы он вам позвонил сейчас, что бы вы хотели услышать первым?

Женщина отвечает машинально, не задумываясь:

— «Мам, как ты?»

— Хорошо. А теперь представьте, что телефон звонит.

Она резко вскидывает на меня глаза.

— Что?

— Представьте, что это он. Сейчас.

Я замечаю, как напрягаются ее пальцы, как она слегка подается вперед.

— И что, мне прямо взять и ответить?

— Да. Вы поднимаете трубку, он говорит: «Мам, как ты?» — и что дальше?

Она замирает. Я даю время. Потом она говорит тихо, почти шепотом:

— Я бы сказала, что соскучилась.

— Отличный ответ.

Она моргает, взгляд снова опускается в чашку.

— Вы правда думаете, что он мог бы позвонить первым?

— Не знаю. Но я знаю, что сегодня он не позвонил. А вы можете.

Женщина кивает, двигает телефон ближе к себе, но пока не берет. Я не тороплю. Слишком резкий шаг – и она отпрянет обратно в страх. Теперь ей нужно немного тишины, чтобы решиться самой.

Выбор

В этот момент любое слово может или подтолкнуть ее к решению, или заставить снова спрятаться в привычные оправдания. А я уже чувствую: она почти там. Она водит пальцем по экрану, но не разблокирует. Медлит. Вижу, как ее губы чуть поджаты, а плечи напряжены, будто ее сейчас просят шагнуть в холодную воду.

— Знаете, — говорит она вдруг, — я ведь десять лет жила с мыслью, что у нас с ним просто пауза.

Я киваю.

— А теперь?

Она грустно улыбается.

— Теперь я не уверена, что это была пауза. Может, это и было окончание.

Я слышу в ее голосе страх, но еще больше — сожаление.

— Окончание можно изменить, если начать новый разговор, — говорю я.

Она смотрит на меня с легкой усталостью, будто я сказал что-то очевидное, но от этого не менее сложное.

— Если он не захочет разговаривать?

— Тогда это тоже будет ответ.

Она кивает, но не выглядит убежденной.

— Страшно, да? — спрашиваю я.

Она коротко смеется, но это нервный смех.

— Очень.

— Почему?

Она задумывается.

— Потому что если я не позвоню, у меня всегда будет шанс думать, что когда-нибудь мы помиримся. Что когда-нибудь я просто наберу номер, и все будет хорошо. А если я позвоню и он меня отвергнет — этого «когда-нибудь» больше не будет. Я понимаю, что она говорит.

Надежда — это как запасной выход. Пока он есть, не так страшно. Но если сделать шаг и услышать, что поздно, что ты опоздал — тогда уже некуда бежать.

— А если он скажет «мам, я рад тебя слышать»?

Она смотрит на меня, и в ее глазах появляется что-то новое. Что-то похожее на… надежду.

— Ладно, — говорит она вдруг, — предположим, я звоню. Что говорить?

— Правду.

Она хмыкает.

— Что вы скучали. Что думали о нем. Что вам не все равно.

Она медленно кивает. Я делаю последний глоток кофе и отодвигаю чашку. Женщина смотрит на телефон. Еще секунду колеблется. Потом набирает номер. Гудки. Она задерживает дыхание, и я чувствую, как напряглось все ее тело. Я встаю из-за стола, не прощаясь, чтобы не мешать. И уже у самого выхода слышу, как она говорит в телефон:

— Привет…

Читать больше

Like
0
Views
0

Комментарии

Ваш комментарий будет первым!

Добавить комментарий

Комментировать

Обратите внимание, что все поля обязательны для заполнения.

Ваш email не будет опубликован. Он будет использоваться исключительно для дальнейшей идентификации.

Все комментарии проходят предварительную проверку и публикуются только после рассмотрения модераторами.